• image
  • image
  • image
  • image
  • image
  • image
  • image
  • image
  • image
  • image
  • image
  • image
  • image
  • image
  • image
  • image
  • image
  • image
  • image
РУССКАЯ БОЛГАРИЯ

Об заклад готов я биться На
волос последних клок, Что
болгарская столица —
Это русский уголок.
Поэт, укрывшийся под сочетанием «Цкий»

Наши соотечественники - национальные герои

Генерал Скобелев

5 июня 1882 года в дворницкую гостиницы 'Англетер' на углу Столешникова переулка и Петровки вбежала перепуганная постоялица, это была известная московская кокотка, немка Шарлотта Альтенроз, она сообщила, что в ее номере скончался офицер. Прибывшая на место полиция сразу же опознала в нем генерала Скобелева. Врач, производивший скрытие, констатировал, что смерть наступила в результате внезапного паралича сердца, которое по его словам было в ужасающем состоянии. На следюущий день по Москве поползли слухи, что Скобелев был отравлен немецкими агентами. Слухи подогревало внезапное исчезновение лакея Шарлотты и ряд других странных обстоятельств. За сутки до смерти Скобелев передал своему другу Аксакову какие-то документы, сообщив, что опасается за их судьбу. Впоследствии, они были похищены неизвестными. Выдвигались и другие версии. Согласно одной из них, Скобелева убили члены тайной организации аристократов 'Священная дружина', опасавшаяся, что он может возглавить военный переворот. В любом случае неожиданная и загадочная смерть 38-летнего генерала повергла в шок всю Россию. Его похороны вылились в событие национального масштаба. О них писали все крупнейшие национальные издания.
В 1912 году, напротив здания московского генерал-губернатора был торжественно открыт памятник Скобелеву. Он стал символом, той необыкновенной популярности, которой пользовалось имя генерала во всех слоях русского общества. При жизни его сравнивали с Александром Суворовым, его именем называли площади и города, о его подвигах и походах слагали песни.
После русско-турецкой войны 1877-1878 годов за освобождение балканских славян от османского ига, почти в каждой крестьянской избе рядом с иконами можно было увидеть портрет Скобелева. Предприимчивые купцы по-своему использовали эту необычайную популярность генерала. В дореволюционной России выпускались скобелевские конфеты, шоколад, пряники, папиросы и вина. Ни один военноначальник в русской истории не удостаивался такого всенародного обожания.
Скобелев прекрасно понимал суть русского народа, понимал, что русский народ и в целом государство оскорблено результатами Крымской войны и народ испытывал потребность в реванше. И Скобелев в глазах народа и стал тем человеком, который поднял славу России и дал людям почувствовать себя причастными к великому государству.
В тоже время после 1917 года ни один русский полководец не был предан такому тотальному забвению и шельмованию как генерал Скобелев. Сегодня на месте памятника герою русско-турецкой войны возвышается фигура основателя Москвы Юрия Долгорукого. Многие поколения москвичей даже не подозревали, что до революции эта площадь, которая, кстати, тоже называлась Скобелевской, выглядела совершенно иначе. Памятник представлял из себя гранитный постамент на котором возвышалась четырехметровая конная статуя генерала, справа была изображена группа русских солдат, защищающих знамя во время одного из среднеазиатских походов. Слева бойцы, идущие в атаку во время русско-турецкой войны за освобождение славян. С обратной стороны к постаменту была прикреплена доска с напутствием Скобелева своим солдатам под Плевной.
В апреле 1876 года в Болгарии вспыхнуло народное восстание против пятисотлетнего османского ига. Через два месяца войну Турции объявили Сербия и Герцеговина. Вся Россия, затаив дыхание, следила за отчаянной борьбой своих единоверцев против жестоких поработителей. Сотни русских добровольцев, врачей и медсестер отправились на Балканы, но силы были слишком неравны. Восстание было буквально потоплено в крови. Турецкие войска вырезали десятки тысяч людей, превратив целые города и деревни в груды пепла.
Башебузуки отрезали головы священникам и монахам, младенцев подбрасывали в воздух и ловили на штыки, женщин насиловали на глазах отцов и мужей. Потрясенный этими зверствами Александр Второй потребовал прекратить избиение балканских славян и провести реформы в христианских областях, но Порта отклонила его ультиматум. 12 апреля 1877 года Россия объявила Турции войну. Известие о начавшейся мобилизации было с восторгом встречено во всех слоях русского общества.
Военный министр Милютин докладывал Государю, что не было ни одного случая уклонения от призыва. В ночь на 15 июня 260 тысячная армия форсировала Дунай и двинулась вглубь Болгарии. Начавшуюся войну страстно поддержал и великий русский писатель Федор Михайлович Достоевский. 'Тогда было горячее и славное время, подымалась духом вся Россия и народ шел добровольно послужить Христу за наших братьев по вере и крови' - писал он в своем дневнике.
Самыми известными подвигами Скобелева в русско-турецкой войне стали разгром и пленение всей армии Весель-Паши под Шейново и взятие двух главных редутов неприятеля во время третьего штурма Плевны. В решающий момент боя Скобелев сам повел своих солдат под ураганным огнем на батареи противника. После кровопролитного рукопашного боя редуты были взяты. Между русскими войсками и Плевной больше не было никаких укреплений. Победа казалась обеспеченной. Однако подкрепления, обескровленные скобелевские части, так и не получили, к этому моменту командование уже оценило бой как неуспешный и Скобелев с горсткой солдат остался один на один со всей сорокатысячной армией Осман-Паши, несмотря на это, он еще тридцать часов удерживал занятые позиции, отразив пять турецких контратак, после чего отступил, забрав всех раненых. Как полагают многие историки, причиной, по которой Скобелеву не оказали помощью крылась в банальной зависти. Большие начальники, руководившие осадой Плевны, не могли простить Скобелеву ни его резких высказываний в свой адрес, ни того, что генералу, учившему их воевать, было всего тридцать четыре года.
Во время этого боя скобелевский отряд потерял убитыми и ранеными шесть с половиной тысяч человек. Особо отличившиеся владимирский и суздальский полки лишились половины своего состава. В 1907 году по инициативе болгарского писателя Стояна Заимова на месте бывших редутов был разбит мемориальный скобелевский парк. Он стал самым большим и красивым в Плевне. Многочисленные пушки были переданы сюда из России военным министром Куропаткиным. Во время второй мировой войны, когда Болгария была союзницей гитлеровской Германии, немецкие власти потребовали переплавить их для нужд германской армии, но жители Плевны ответили категорическим отказом, а болгарские военные демонстративно возложили венок к могиле-склепу русских героев-освободителей. Внутри этого склепа кости и черепа русских солдат, пробитые турецкими пулями и картечью. Они были обнаружены на редутах во время раскопок.
Когда в 1944 году сюда пришла красная армия все музеи и экспозиции сохраняли свой первозданный вид. Большинство советских солдат и офицеров впервые увидело здесь портреты Скобелева и Александра Второго, а также реликвии полков царской России. Многие с удивлением узнали, что русского императора называют царем-освободителем не потому, что он принес свободу Болгарии, а потому что отменил в России крепостное право. Перед уходом из Болгарии по приказу маршала Толбухина войска третьего украинского фронта отдали воинские почести своим предкам. Всего в русско-турецкой войне за освобождение балканских славян погибло более 200 тысяч русских солдат и офицеров. На многих памятниках были установлены мемориальные таблички со словами признательности и восхищения их подвигом.
Всего на территории Болгарии в память об освобождении от османского ига было создано 450 различных мемориалов и памятников. 166 из них находятся в Плевенском районе.
В Софии имя русского генерала носит один из главных бульваров города, Скобелеву даже предлагали стать военным министром Болгарии, но он отказался. В Россию Скобелев вернулся уже национальным героем. Через полтора года после этой победы он скончался, прожив всего 38 лет.
'Мой символ краток - любовь к Отечеству, свобода, наука и славянство. На этих четырех китах мы построим такую силу, что нам не будут страшны ни враги, ни друзья' - любил повторять Скобелев.
Вторым национальным героем в Болгарии считается –

Граф Игнатьев

На родовом гербе Игнатьевых перекрещены шпага и зажженный факел, что можно толковать аллегорически – символ военной доблести наперекрест с огнем науки и знаний. Деятельность графа Николая Игнатьева полностью подтверждает справедливость такого толкования.
За свои неординарные способности Николай Павлович Игнатьев в свои 29 лет был назначен директором Азиатского департамента Министерства Иностранных дел.
В 1864 Николая Павлович Игнатьев был назначен Чрезвычайным и Полномочным послом в Турцию и именно граф Игнатьев заключил Сан-Стефанский мирный договор 1878 года – предварительный мирный договор, завершивший русско-турецкую войну 1877-1878 годов. По этому договору Болгария становилась самостоятельным княжеством, хотя и зависимым от Турции, соглашение о суверенитете Болгарии Россия подпишет с турками только в 1909 году. Турция обещала установить в ряде балканских государств самоуправление, провести реформы, облегчающие положение христиан в Армении, передать России территории, отторгнутые по Парижскому мирному договору 1856 года, а также ряд важных городов в Закавказье, в том числе Карс, уничтожить все свои крепости и военные суда на Дунае, выплатить контрибуцию. И хотя условия договора были пересмотрены на Берлинском конгрессе 1878 года, граф Игнатьев вошел в историю, как автор договора, завершившего освобождение Болгарии, и поэтому почитается в Болгарии как национальный герой.
Дальнейшая карьера дипломата продолжалась уже только в России. Он занимал ряд высоких постов и один из них был - председатель Славянского благотворительного общества.
В октябре 1902 года, будучи в Болгарии, где его именем 'Графа Игнатьева' назвали в Софии улицу и школу, Николай Павлович сказал: '...Мой идеал был и есть свободная Болгария. Я мечтал об этом еще с 1862 года, и в душе я благодарен, что смог увидеть его осуществленным. Мое сердце принадлежит болгарам, и я желаю болгарскому народу процветания ...'

****

Первые русские эмигранты прибывают в Варну на пароходе „Витязь' в декабре 1919 года. Понятна и мотивировка их выбора места временного поселения: рассчитывая на братские чувства болгарского народа к своим освободителям, они надеются устроиться здесь лучше, чем в какой-либо другой славянской стране.
За период 1919-1921 годов в страну в основном по морю прибыло 35 тысяч эмигрантов. Основную массу беженцев составляли остатки армии Деникина, позднее к ним присоединились представители армии Врангеля, а также значительное число эми¬грантов из гражданских лиц. Они составили так называемое «южное крыло» беженцев, взявших курс на Балканы. Их маршрут начинался в портах Крыма и в Одессе, проходил через Константинополь, в ре¬зультате его причалы переполнялись самыми различными судами - от кораблей до лодок, а также через лагеря беженцев на Балканах и в Северной Африке, которые финансировались представителями Антанты, а позднее и международными гуманитарными и полити¬ческими организациями. Затем этот маршрут достигал Варны и Бургаса, а оттуда его участники направлялись в различные города Болгарии.
Проблема, связанная с наплывом столь значительной массы людей, покинувших свою родину, как правило, из политической перерастала в гуманитарную. Голод, болезни, нищета, унижение и смерть царили в лагерях для русских беженцев. Вот как свидетельствует об этом представительница третьего поколения семьи белоэмигрантов, иллюстрируя свой рассказ фотографией, на которой запечатлены кресты возле одиноких православных надгробий в далекой египетской земле: «Родители моей бабушки (ей в ту пору было 17 лет) со¬брали ценные вещи и вместе со своими тремя дочерьми отправились в Одессу. Отсюда на корабле их переправили в Александрию, в Телъ-элъ-Кебир, в лагерь для беженцев. Стояла ужасная жара, гигиена полностью отсутствовала и как результат — эпидемия тифа... Родители бабушки умерли там... И тогда сестры решили пере¬браться в Болгарию, поскольку эта славянская страна с близким по духу населением и языком...».
Спустя десять дней после прибытия первых русских беженцев в Болгарию, в Варне проводится совместное совещание представителей русских организаций и болгарской общественности. На этой встрече создается первая совместная организация - Русско-болгарский общественный комитет. Он берет на себя заботу о прибывающих беженцах, а именно: набирает средства через бла¬готворительную деятельность, создает пункты питания, решает жилищные проблемы и прочее.
Несмотря на дружелюбное отношение болгарского населения, русские эмигранты скоро осознают, что смогут уцелеть в чужой этнической среде вероятнее всего посредством собственных коллективных усилий, объединившись в организации и товарищества и, тем самым, обеспечив себе не только лучшие условия существования, но и коллективную защиту своих интересов перед болгарскими властями. В общей сложности в период с 1920 по 1944 годах в Дирекции полиции Болгарии было зарегистрировано более 100 русских эмигрантских организаций. Почти все они были созданы в 20-х и в начале 30-х годов ХХ века. Организации издают 85 эмигрантских газет и журналов.
К началу 1922 года здесь, по ориентировочным оценкам, насчитывалось от 30 до 40 тысяч российских эмигрантов.
Сложной оказалась проблема трудоустройства эмигрантов. Легче и быстрее других находили работу, хотя и за мизерную плату, люди физического труда. Солдаты, казаки, младшие офицеры в поисках хлеба насущного устремились на предприятия расширявшейся добывающей промышленности, на строительство шоссе, мостов. Гораздо сложнее, иногда в муках многомесячного проживания на случайные заработки или грошовые пособия, проходил процесс адаптации лиц умственного труда. Некоторое количество представителей гражданской и военной интеллигенции было временно трудоустроено в сложившейся поначалу в стране сети из двух десятков русских общеобразовательных и профессиональных курсов, детских садов, начальных школ, гимназий, интернатов.
В 1922 году в Болгарии насчитывалось 6 русских гимназий, размещенных в Софии, Варне, Пловдиве, Шумене, Долне-Оряховице и Пештере. В гимназиях работали и дорожили этой работой высококвалифицированные специалисты, защитившие магистерские и даже докторские диссертации: филолог Ф.Г. Александров, физик К.И. Иванов, правовед А.М. Мумавин, историк С.И. Покровский, богословы В.А. Флоровский и Г.И. Щавельский, а также писатель А.М. Федоров.
Особый статус был у 'Частной русской школы новых языков – лицея' В.П. Кузьминой. Опытный педагог, она создала лицей иностранных языков в Петрограде, а после приезда в Болгарию преподавала в русской гимназии в Пештере. В 1925 г. она вместе с группой сподвижников основала в болгарской столице общеобразовательный лицей, дававший углубленное знание новых языков. Постепенно это учебное заведение завоевало авторитет: росло количество учеников, увеличивалось в их составе доля болгар. Лицей получил официальное признание властей.
Среднеспециальное сельскохозяйственное образование давала школа-колония для русских детей под Тырново. В начальный период среди эмигрантов действовала также сеть различных курсов – технические в Софии на базе местного технического училища с электротехническим, дорожно-строительным и механическим отделениями, подготовительные в университет в Варне и Плевене; иностранных языков в Софии, Варне, Русе и Плевене.
Для значительной части оказавшихся в Болгарии специалистов различных профилей эта страна стала лишь кратковременным пристанищем. Ее покидали в поисках более стабильного положения, поскольку здесь отсутствовала развитая экономика, было очень мало научных и культурно-просветительских центров современного уровня и высших учебных заведений: в Болгарии существовал в те годы лишь один государственный университет, а в соседней Югославии их было три с двумя филиалами. В таких условиях русские специалисты в Болгарии не задерживались.
Наибольшее количество квалифицированных и наиболее опытных российских специалистов – профессоров и преподавателей – оказалось на открывшемся в 1918 году в Софийском университете медицинском факультете. Из двенадцати учрежденных в первые годы его деятельности кафедр семь возглавили русские эмигранты. Несколько русских эмигрантов преподавали на учрежденных в первой половине 1920-х годов агрономическом и ветеринарном факультетах университета. Ряд русских эмигрантов стали преподавателями болгарских духовных семинарий. На юридическом факультете русские заполнили несколько имевшихся профессорских вакансий.
Гораздо труднее проходило трудоустройство подавляющего количества историков, филологов и других гуманитариев. На профессорский статус могли рассчитывать только получившие международную известность ученые и по тем специальностям, в развитии которых остро нуждались болгарские наука и просвещение. Всемирно известный археолог, исследователь византийского и древнерусского искусства, в частности иконописи, действительный член российской Императорской академии наук Н.П. Кондаков был профессором Софийского университета в 1920-1922 годах, а последние годы жизни провел в Праге. Грабар прожил в Болгарии несколько дольше Кондакова, хотя уже с 1922 году периодически выезжал во Францию для работы в Страсбургском университете, куда окончательно переехал в 1924 году. Он неоднократно посещал Болгарию, имел там последователей и учеников и оказал, как и Кондаков, большое влияние на развитие болгарского искусствоведения и медиевистики.
В ряде городов постепенно возникли местные культурно-просветительские, культурно-благотворительные объединения и культурные центры: 'Русские дома', клубы. Крупнейшей из них была библиотека им. А.С. Пушкина в Софии, открытая в 1920 году; ее фонд за короткое время увеличился до 5 тысяч томов художественной литературы.
Эмигрантская литературно-издательская деятельность в Болгарии была, особенно в начале 1920-х годов, в целом успешной, хотя и не выдерживала сравнения с уровнем, достигнутым во Франции, Германии или Чехословакии. Из русских писателей и журналистов в Болгарии осели фигуры второго и третьего ряда. Их адаптация проходила трудно, многим приходилось временами перебиваться с хлеба на воду. Всего в 1920-1939 годах в стране вышло 84 названия газет и журналов на русском и 3 названия на украинском языках.
Некоторые деятели театральной и музыкальной культур России, приезжавшие на гастроли, оставались в Болгарии и оседали в ней. Особо следует отметить деятельность Н.О. Массалитинова, артиста дореволюционного Художественного театра, одного из сподвижников Константина Станиславского, который считал Массалитинова человеком мирового масштаба. С 1924 года Массалитинов постоянно жил в Софии и в 1931 году принял болгарское подданство. Здесь широко раскрылся его режиссерский талант. Массалитинов создал в 1925 году режиссерские курсы, преобразованные впоследствии в Высший институт театрального искусства. Утвердившаяся в Болгарии благодаря его усилиям модель стационарного репертуарного театра способствовала постановке болгарского театрального искусства на прочную основу.
Храня дореволюционные культурные традиции, особенно традиции русского 'серебряного века', эмигранты не только отдавали свои силы нуждам общества, оказавшего им гостеприимство, но и воспринимали болгарскую культуру, участвовали в ее обогащении и развитии. Вместе с тем, во второй половине 1930-х годов наблюдался спад в деятельности эмигрантов и их объединений, нарушаемый лишь отдельными всплесками.
Установление 9 сентября 1944 году в Болгарии власти Отечественного фронта привело к установлению жесткого контроля за деятельностью ведущих представителей эмиграции, многие из которых подверглись арестам. Результатом стало полное прекращение в стране самостоятельной научной и культурно-просветительской деятельности русских эмигрантов.
Для части белогвардейцев наступили трудные времена. Арестованы активисты РОВС, лица, сотрудничавшие с Германией, отправлены в воспитательно-трудовые лагеря, массово осуществлялась репатриация. Русская эмиграция в Болгарии начала жить с присущими сталинскому социализму идеологемами — шпионаж, диверсии, агенты-провокаторы и т. д. Одним из впечатляющих приемов стало доносительство в кругу родных, друзей, соседей. К приме¬ру, классическая история а ля «Павлик Морозов», иллюстрирующая параноидальный характер атмосферы тех лет в Болгарии: «Мать A. была болгаркой. Отец ее (русский) умер в начале 40-х гг. Мать опасалась, что ее дитя — это «белогвардейский ребенок». Женщина жила в страхе перед своим 9-10-летним отпрыском, боясь «как бы чего не вышло». И, наконец, она решилась донести на дочь: «растет белогвардейский выродок». Так А. обзавелась досье и клеймом «ребенок белогвардейца».
В 50-х годах проблема белогвардейской эмиграции в Болгарии утратила свою актуальность. Было разрешено возвращение советских граждан в СССР для освоения целинных земель, но без права жить в столице и Ленинграде. В Болгарии остались около 7500 бело¬гвардейцев, в большинстве своем граждане этой страны.
Велики заслуги русских иммигрантов в развитии болгарской медицины и медицинского образования. Русские академики и профессора участво¬вали в создании медицинского факультета Софийского университета, врачи и медицинские сестры работали в русских и болгарских больницах. Больница Русского общества Красного креста получила ши¬рокую известность своим высоким уровнем хирургии. Среди русских медиков-преподавателей много имен с европейской известностью: академик Г.Е. Рейн, руководившей кафедрой акушерства и гинекологии и написавший первый болгарский учебник в этой области; профессор B. П. Воробьев - основатель и руководитель кафедры анатомии, издавший анатомический атлас и основавший анатомический музей.
Целый ряд специалистов были заняты в области физиологии, гистоло¬гии, биохимии, неврологии, психиатрии, патологоанатомии и т. д.
Довольно многочисленную категорию составляли представители гуманитарных наук, основатели национальных школ в Болгарии.
Одной из замечательных личностей, благоговейно почитающихся в Болгарии, является архиепископ Серафим Соболев. Авторитетный богослов и священник русской церкви Святого Николая Чудотворца, он покоится в крипте при этом храме. Еще при жизни архиепископ Серафим стал известен как чудотворец, а в наши дни почитается народом как святой. Его могила - одно из наиболее посещаемых святых мест в Софии. Там всегда много людей, которые оставляют обращенные к отцу Серафиму записки с просьбами в полной уверенности, что они будут выполнены.
Не менее важными являются сохранившиеся в среде болгар воспоминания о контактах с белогвардейцами. Почти все местные жители, кто был знаком с кем-то из представителей иммигрантов, представителями именно первого поколения - весьма пожилыми людьми, вспоминают с теплотой своих учителей, соседей, друзей, в ряде слу¬чаев оказавших влияние на их профессиональное или личностное становление, помогавших решать те или иные проблемы или же, оставивших приятное впечатление своей корректностью, сердечностью, добротой.

По материалам:
Александр Кириллин,Евгений Глущенко «Генерал Скобелев»
М.А. Бирман, А.Н. Горяинов // 'Новая и новейшая история”
Е. Анастасова «Русские в Болгарии»
Фонд 'Русский Очаг' © 2015