РУССКАЯ   ВЕНЕСУЭЛА

    Территория современной Венесуэлы была открыта во время третьего плавания Христофора Колумба; в 1520 году именно здесь было заложено первое испанское поселение на этом континенте. Спустя полтора столетия испанцы основали нынешнюю столицу Венесуэлы – город Каракас.

    В начале XIX века население Венесуэлы, состоявшее в основном из метисов и мулатов, поднялось на борьбу с испанскими колонизаторами. В 1811 году вдохновитель борьбы за независимость Франсиско де Миранда (Предтеча) провозгласил независимость Венесуэлы. После его пленения испанскими властями в 1812 году борьбу за независимость продолжил знаменитый Симон Боливар. Кровопролитная война завершилась только в 1821 году. Боливар стал президентом Великой Колумбии, в состав которой входили несколько современных стран, включая Венесуэлу. После смерти Боливара в 1830 году Великая Колумбия распалась, и Венесуэла стала самостоятельной республикой.

    Сегодня главой страны является один из самых колоритных и экстравагантных политических деятелей современности – Уго Чавес. Как известно, венесуэльский команданте считает себя наследником южноамериканских борцов за независимость от Испании XIX века. Возможно, именно отсюда проистекает его любовь к России…

    В Каракасе, в Национальном Пантеоне, в торжественной тишине стоят два гроба. В одном из них останки национального героя Венесуэлы Симона Боливара. Крышка второго гроба сдвинута в сторону, и видно, что он пуст. В этом гробу должен был покоиться прах второго национального героя Венесуэлы – Франсиско де Миранды. В честь дня рождения Миранды, у Пантеона были зажжены факелы, а руководство посольства России в Каракасе возложило венок у пустующего гроба.

    Родившийся 28 марта 1750 года Миранда стал первым латиноамериканцем, установившим контакты с Россией, и Екатерина Вторая присвоила ему чин полковника русской армии. До сих пор жива легенда о том, что этот креол был так очарован императрицей, что позже перенес воспоминания о ней на придуманный им флаг Венесуэлы: желтый цвет – золото ее волос, синий – ее глаза, красный – ее алые губы*.

    *_ Легенды о национальных флагах Колумбии и Венессуэлы одинаковы, т.к. на тот момент это была единая страна, посему и триколоры  имеют общие цвета и их последовательность.

    В испанской армии он имел такое же звание и был адъютантом генерал-капитана Кубы. В это время в Северной Америке шла война за независимость. Франция и Испания поддерживали американцев, боровшихся против Англии. Так Франсиско Миранда очутился во Флориде. Потом он уехал в Европу, побывал в Англии, Турции, в России. В Санкт-Петербурге Миранда встретился с фаворитом Екатерины Второй Потемкиным, и тот представил его царице. Екатерине понравился храбрый воин, и она не только присвоила ему чин полковника, но и дала деньги для борьбы с испанской тиранией в Латинской Америке.

    В России Франсиско Миранда провел почти год. С первого же дня он был очарован Санкт-Петербургом. Венесуэльца покорили блеск и великолепие дворцов северной столицы. Особенно его восхитил дворец князя Потемкина. В своем дневнике, переведенном на русский язык, он пишет: «Можно с полным основанием сказать, что среди современных сооружений именно этот дворец своей пышностью и великолепием более всего напоминает римские термы, чьи руины мы можем сегодня созерцать в Италии».

    Но не мог Миранда, всю жизнь боровшийся за социальную справедливость, не отметить в дневнике и вопиющего противоречия, когда «сколь многим владеет один человек и сколь малым другие, когда немало людей страдают от голода». Особенно его поразила открывшаяся перед ним сцена, когда он «проплывал мимо предместья под названием Охта с такими убогими хижинами, каких я не видел ни в одной другой деревушке».

    Из России Миранда перебрался в Париж, где разгоралась революция, он командовал дивизией и стал генералом. Имя его высечено на Триумфальной арке в Париже. Он возвращается на родину в тот момент, когда в Каракасе вспыхнуло восстание. Патриоты пригласили Миранду командовать войсками, а конгресс присвоил ему звание генералиссимуса. Испанцы подавили восстание, и арестованный Миранда был вывезен в Испанию. Там его содержали в цепях, концы которых были вмурованы в стены. Только когда Миранда умер, тело его освободили от цепей и тайком похоронили в неизвестном месте. Вот почему в Национальном Пантеоне один гроб остается пустым.

    Но по-настоящему Венесуэла открылась России только в ХХ столетии. В начале века в страну стали прибывать трудовые мигранты, а после революции 1917 года здесь появились политические беженцы из России – монархисты и кадеты. Позже в Венесуэлу переселилось несколько семей русских эмигрантов из Китая. Но вплоть до середины столетия организованной колонии русских в Венесуэле не существовало.

    При этом нельзя не отметить яркий русский след в культурной жизни Венесуэлы начала XX века, которым мы обязаны русскому художнику Николаю Алексеевичу Фердинандову. Эль Русо, так его звали сами венесуэльцы, приехал в Венесуэлу в 1916 году и сразу приобрел известность как блестящий декоратор и автор великолепных ювелирных изделий. Будучи превосходным мастером акварели, наш соотечественник – точнее, его творчество – оказал влияние на становление многих венесуэльских художников, в том числе на выдающегося венесуэльского живописца Армандо Реверона.

    И все же точкой отсчета появления российской диаспоры в Венесуэле является 1947 год. Именно тогда, спустя два года после Второй мировой войны в разоренной войной Германии, в Мюнхене, появился венесуэльский консул с приглашением жить в эту латиноамериканскую страну.  При этом Венесуэла не ставила ограничений ни по специальностям, ни по знанию языка, ни по возрасту, как это делали правительства США, Канады и других стран. Многие наши соотечественники – эмигранты «первой волны», угнанные на работу в Германию гражданские лица, бывшие военнопленные,  не пожелавшие возвращаться в СССР, где их ждала незавидная участь оказаться в лагерях ГУЛАГа или застенках НКВД,  решились на рискованный шаг и приняли предложение Каракаса.

    Беженцы прибыли в Венесуэлу фактически без денег: международная организация выдала каждому переселенцу по 10 долларов, и вот с таким «капиталом» они начали жизнь на новом месте. Одни взялись за кирку и лопату, другие нанялись работать в домах, садовниками или на какое-нибудь производство. Некоторые устраивались шоферами, возили посуду и продукты вглубь страны и там их продавали. На окраине Каракаса, столицы Венесуэлы, русские покупали небольшие участки земли и строили хибарки.

    Мало кому посчастливилось получить квалифицированную работу, главным образом из-за незнания языка. Со временем многие стали изучать геодезию, так как требовались специалисты именно в этой области. Устроившись на работу, они зачастую брали в помощники своих соотечественников. Те, в свою очередь, быстро усваивали премудрости новой профессии и заводили собственное дело. Так, русские участвовали в разметке государственных границ Венесуэлы, строили дороги, мосты, туннели, здания. Русские инженеры, например, принимали участие в строительстве отеля «Гумбольдт», бывшего в свое время символом Каракаса. Многие наши специалисты, немного подучив язык, поступали на работу в министерства, университеты, получали места в частных фирмах.

    В итоге почти все русские, приехавшие в 1940–1950-х годах в Венесуэлу, и особенно их дети получили высшее университетское образование. Сегодня многие из них преподают в вузах, являются известными врачами и учеными, занимают высокие дипломатические и военные посты. По сути, именно благодаря русской диаспоре в Венесуэле были созданы театр и балет. Даже в такой сфере, как конкурсы красоты, не обошлось без наших соотечественниц. Широко известно, что представительницы Венесуэлы чаще всего занимали первые места на конкурсах красоты мирового уровня; и неудивительно, что среди первых мировых красавиц значатся такие имена, как Милка Чулина и Людмила Виноградофф.

    Наконец, нельзя не упомянуть имя самого знаменитого русского венесуэльца – Ростислава Ордовского-Танаевского Бланко. Именно благодаря этому потомку древнего дворянского рода, сумевшему на рубеже 1980–1990-х годов взломать железный занавес между Россией и Венесуэлой, в нашей стране появились сеть быстрого питания «Ростик’с» и такие популярные ныне рестораны, как «Ле Шале», «Иль Патио», «Американский Бар и Гриль», «Планета Суши», «Санта Фе».

    При этом вплоть до начала 1990-х годов российская диаспора в Венесуэле существовала как бы в изоляции: до распада СССР поддерживать связь с родиной было практически невозможно. Как следствие, молодежь быстро ассимилировалась; сегодня второе поколение русских мигрантов в Венесуэле, не говоря уже о третьем, в большинстве своем плохо или совсем не говорит по-русски, мало интересуется российской историей и культурой. На протяжении второй половины XX века, несмотря на наличие нескольких «Русских клубов», российская колония в Венесуэле постепенно исчезала. Эта тенденция сохранилась и в новом столетии; за последнее десятилетие численность российской диаспоры сильно уменьшилась: одни ассимилировались, другие уехали из страны, не приняв социалистического курса президента Чавеса.

    И все же в Венесуэле существовал и существует центр объединения российской диаспоры – ядром русской эмиграции в Венесуэле стала православная церковь. Православие появилось на венесуэльской земле уже в 1947 году, когда в составе первой группы русских переселенцев сюда прибыл протоиерей Владимир Чекановский. Благодаря другому служителю церкви – протоиерею Иоанну Бауманису – были основаны православные приходы в Каракасе, Валенсии, Баркисимето, Маракае и Барселоне. В последующие годы в Венесуэлу прибыл еще ряд священников из Европы и США.

    К началу 1950-х годов практически во всех местах компактного поселения русских были организованы православные приходы, которые находились в юрисдикции Русской православной церкви за границей. Первый православный храм в Венесуэле – храм Знамения Божией Матери в Валенсии – был построен в 1950 году по инициативе И.К. Ордовского-Танаевского (отца Ростислава – основателя «Ростик’с») и по проекту архитектора В.Э. Шеффера. В 1955 году в районе Каракаса Дос Каминос был торжественно освящен собор Святителя Николая, который получил статус кафедрального и по настоящее время является духовным центром русской колонии в Венесуэле. Еще два каменных храма были построены в провинции: Св. Петропавловский в Маракае и Св. Николаевский в Баркисимето

    На протяжении десятилетий именно вокруг православных приходов и храмов строилась духовная и культурная жизнь российской диаспоры в Венесуэле. При них открывались воскресные школы, в которых учились дети русских эмигрантов. При соборе Святителя Николая в Каракасе была организована похоронная касса для погребения малоимущих, а в 1965 году было решено выкупить участок на городском кладбище.

    Сегодня на фоне потепления российско-венесуэльских отношений есть надежда и на оживление жизни российской диаспоры, и на всплеск интереса к русской культуре в этой далекой латиноамериканской стране.

     

     

    По материалам:

     Александр Наумов  «Маленькая Венеция»

    Александр Трушин, корр. ИТАР-ТАСС в Венесуэле // «Национальный герой Венесуэлы -полковник русской армии»

    Г.Г. Волков // По материалам журнала «Латинская Америка»// «Полвека русской колони в Венесуэле»

     

    Официальные представительства РФ

     

    Посольство в Каракасе

    Quinta «Soyuz», Calle Las Lomas, Las Mercedes, Caracas, Venezuela
    (+58212) 993-4395, (+58212) 993-4531
    (+58212) 993-6526
    rusemb@cantv.net

    Фонд 'Русский Очаг' © 2015